Блог О пользователеreferataz0

Регистрация

Календарь

« Август 2011  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31

Товароведение и право (рефераты, курсовые, дипломы) для Воронежа и Липецка, Москва

1 |2 |3
 

Отчеты по практике — обзор высказываний авторитетных блогов Рунета


Итак, наконец настало время сделать обзор высказываний некоторых авторитетных блогов Рунета по поводу того, стоит или нет, пристойно или аморально, выгодно или проигрышно заказывать написание отчетов по практике.
Приведем несколько, которые попались нам (нашей группе студентов) при первичном осмотре определенного сегмента российских блоггеров.
Откуда и куда едем в Рязане считает, что отчет по практике заказывать нужно. Что это просто спасает студентов от отчисления, от заморочек с переплатой за пересдечу экзаменов, от недопусков к дипломным сессиям, да и вообще от многих проблем. Что ж, согласимся с автором блога, очень достойно написано, с цифрами, с графиками.

Сайт под названием Гостиный Двор уверяет нас, интернет-пользователей, в том, что заказывать отчет по практике магистрам просто необходимо. Но именно только в том случае, если вы являетесь без пяти минут магистром — во всех других нужно писать самостоятельно. В чем здесь смысл, где тут логика — остается загадкой. Ничего, подождем ее решения, все там же, на бескрайних раздольях росссийского Интернета.

Быстротой и доступностью написания на заказ отчетов по практике нас соблазняет сайт гостиничного комплекса Роща Невест. Нам, правда, совершенно не понятно, для чего им вообще об этом думать. И невестам, и обслуживающему персоналу этого замечательного (наверное) гостиничного комплекса. Но все прелести заказа отчета по практике (если уж быть точнее — то все радости его НЕ самостоятельного написания) там расписаны замечательно. Прям так все мысли о личной работе из головы и убежали бы.

На сегодня обзоров больше нет. Но я обещаю тем, кото это заинтересовало, что буду продолжать этим заниматься периодически и дальше.


 

Анна, фамилия влияет


Анна,фамилия влияет на жизнь примерно так же, как моя эрекция на производительность твоего компа.К тому же мой дед (не поверишь, тоже Рахманов дожил до преклонного возраста без смертельных болезней)Кстати, я имморталист, так что умирать пока и не собираюсь ;)

 
Теги: анна
 
 

у меня полно друзей


у меня полно друзей. родственников — русских«и, видимо,каждый второй из них фашист, ненавидящий других лишь по национальному признаку ? =)Ведь откуда-то ты взяла эту статистику, если не из СМИ, то получается, что из личного опыта

 
Теги: у
 
 

право, не знаю


право, не знаю где вы живете, и какие у вас гопники, но меня русские трогали только один раз, а хачики, всякий раз, когда я поздно возвращаюсь домой)

 
Теги: право
 
 

в общем, не


в общем, не склонен людей делить на нации. вот не поняла, какие ко мне претензии???)))))я тут разве не то же саме говорила? Алёна к тебе претензий, как раз нет:)я ж написал, что в теме 4 человека адекватных, в т.ч. и ты:)))

 
Теги: в
 
 

Опять одни разговоры,


Опять одни разговоры, запретить, разрешить, ограничить. Посредством контакта эту проблему решить? НЕТ!!Опять очень умные умники пытаются указывать «быдлу» , что ему делать , что курить , где и во сколько. Свободу ограничивает закон, который до сегодня ограничивал продажу только людям до 18—21.Но мы все знаем в какой мы стране живем, где от всего можно откупиться, не обращать внимания. Где мы ничего не производим, только потребляем, за исключением ресурсов. Где основной доход принадлежит гос. корпорациям. Где малый бизнес вытесняют. Где жильё стоит как замки. И мы хотим решить все эти замечательные проблемы трезвостью.Мол у нас пьют и поэтому всё так плохо. Ведь доля спирта на человека у нас велика, а в других странах не так, там не пьют, там нет наркотиков и спида.Люди, хорош засирать мозг себе и другим. Делать надо что-то с собой, и вот когда вы в станете уважаемыми людьми, тогда и надо вносить такие предложения, только не сюда. И тогда вас будут слушать и прислушиваться. И уже не станет этих проблем.

 
Теги: опять
 
 

Значит устроим конкурс


Значит устроим конкурс СТИХОВ Предлагайте тематику стихотворений! О любви, о природе, о родном крае….. Я думаю, что тема ОСЕНЬ, может объединить все три эти понятия.

 
Теги: конкурс
 
 

Либеральный прямо таки


А на песню года никто не идет?

 
Теги: извне
 
 

Административный порой


Посмотрела видео… Я наверное так еще никогда не смеялась!!!


 
Теги: вкупе
 
 

Самое главное не жалеть


Самое главное ни о чем не жалеть и ставить перед собой реальные цели, тогда все сложится супер! Я, например, четко и точно знала, что не буду жить на вокзале и работать продавщицей (не в обиду никому) и строго шла к своей цели. А переехать — это ж не сложно, так я ещё переехала и со своим «самоваром», чему безумно рада)))

 
Теги: полезное
 
 

нет


нет. ну есть некоторые люди, которые хотят работать! но нет возможности. например в 17 лет мне некуда пойти работать. разносить косметику по домам — только такая работа… В 17 лет учиться надо а летом тоже учиться? неохота постоянно просить деньги у родителей


 
Теги: полезное
 
 

(3) Политическая коррупция и средства массовой


информации: дело Танджентополи. Драматизирование скандала. К настоящему моменту я показал, что итальянская пресса весьма широко освещала дело Танджентополи, и высказал предположение, что это произошло благодаря большей независимости газет и телевидения от политической системы. Однако сама по себе широта освещения дела Танджентополи, измеряемая исключительно с точки зрения печатного пространства и времени, немного говорит нам о позиции, занятой средствами массовой информации в данном вопросе. И все-таки мы получаем кое-какие знания о роли прессы в преобразовании того, что вначале могло показаться узкопартийной проблемой (как указывалось ранее, акцент, сделанный на аресте Марио Кьезы, имел возможность без труда переместиться в атмосферу избирательной кампании, в плоскость обвинений в адрес социалистической партии), в общенациональный скандал, который обозначил конец «Первой республики». Для рассмотрения этого вопроса нам следует обратиться скорее к качественным интерпретациям, чем к количественным измерениям, то есть к анализу рамок6, в пределах которых пресса предподносила упомянутые события. С самого начала скандала существовали в основном два критерия, применимые к делу Танджентополи. Первый носил формально-юридический характер, выражавшийся в научных концепциях с использованием языка политической науки. Рассматриваемая в таком контексте политическая коррупция выглядела не вопросом индивидуальной морали, а результатом структурных причин, таких как усиливающееся вмешательство государства в экономику, постоянно растущая потребность политических партий в финансовых средствах и отсутствие изменений в форме правления. Следовательно, и средства от возникшего заболевания должны по своей природе носить структурный характер. Разумеется, тех, кто виновен в наиболее макроскопических случаях коррупции, необходимо подвергнуть наказанию. Однако на этом роль правосудия заканчивалась. Для сдерживания или устранения коррупции требовались конкретные реформы, которые следовало разработать политическим деятелям, а не судьям и прокурорам. Второй критерий выглядел совершенно по-иному: он выражался не на языке аппаратной рациональности, в его основе лежали моральные принципы. Разразившийся скандал воспринимался в качестве симптома полного вырождения политической жизни, которое угрожало существованию демократии и основным моральным устоям общества. В этом контексте последствия Танджентополи не могли ограничиться только реформами политической системы, которые к тому же столь коррумпированная и делегитимизированная политическая элита была бы не в состоянии провести в жизнь. На самом деле требовалось гораздо большее. Прежде всего была необходима нравственная перестройка жизни общества с обязательными символическими обрядами развенчания виновных и коллективным очищением. Затем наступала очередь отбора нового политического класса, незапятнанного скандалом. В контексте второго критерия роль правосудия не ограничивалась раскрытием и подавлением коррупции: прокуроры и судьи принимали на себя значительно большее символическое назначение, функцию представителей общественной морали. Бросая теперь взгляд на передовые статьи и другие материалы по делу Танджентополи, видится, что после некоторой неопределенности огромное большинство печатных изданий предпочло второе определение ситуации. Речь идет не о том, что признаки первого определения полностью отсутствовали, особенно в менее популярных газетах, но первую точку зрения выражали главным образом приезжие авторы, которые не имели непосредственного отношения к освещению и обсуждению упомянутого дела. В общем и целом история Танджентополи, распространяемая средствами массовой информации, была выдержана в духе предостережения, нравственной драмы, где в конечном счете торжествовала добродетель, а негодяи оказывались разоблаченными и получали по заслугам. Внимание концентрировалось не на структурных показателях, благоприятствующих коррупции или сдерживающих ее: основное место занимали этические проблемы, поднятые скандалом. Главными героями истории были не абстрактные сущности, такие, как политическая система или партийная структура; обсуждались конкретные субъекты: политические деятели, находящиеся под следствием, миланские прокуроры и простые люди. Это определение ситуаций преобладало с самого начала скандала и, как только оно консолидировалось, направляло изложение событий, косвенно подсказывая журналистам, какие аспекты истории следует подчеркнуть и какие оставить почти без внимания или вообще проигнорировать. Избранное направление, в частности, влияло на представление действующих лиц драмы. Главных действующих лиц, подлинных героев олицетворяли следователи миланской прокуратуры. Многочисленные повествования и интервью подчеркивали всю тяжесть работы, которую они выполняли, их непреклонность, профессиональное мастерство, независимость от действующих властей. Когда дело касалось Антонио Ди Пьетро, наиболее популярного члена следственной бригады, пресса старалась сосредоточить особое внимание на скромности и человечности этого сына бедных фермеров с юга («Он происходит из простой семьи, проживающей в сельской местности области Молизе»), его трудном и достойном похвалы жизненном пути от вынужденного эмигрировать за границу рабочего до полицейского инспектора, а позднее и прокурора («ему сорок один год, следы усталости на лице, позади осталась очень тяжелая жизнь»), открытой, бесхитростной манере вести разговор («противник краснобайства, громких слов и витиеватых фраз»)7, всем известных вспышках гнева, когда политические деятели, находящиеся под следствием, продолжали давать ложные показания. Таким образом, следователи изображались выходцами из народа и его представителями, «истинными защитниками честных людей», народными «мстителями за многие годы злоупотребления властью, коррупции, бездеятельности«8, «теми, кто, просто выполняя свою работу, обеспечивают постоянное наблюдение [за скандалом] и предотвращают возврат к прошлому положению вещей«9. Политические деятели, наоборот, представлялись кастой высокомерных лиц, нечестных и ни к чему неспособных, изолированных от народа и не пользующихся его доверием. Пресса указывала, что многие из них вступили на государственное поприще исключительно ради самообогащения, что они считают себя стоящими над законом и пытаются любыми путями избежать ответственности за совершенные преступления. Постепенно в сообщениях прессы ответственность за коррупцию переместилась с отдельных политических деятелей на политический класс в целом. С падением Кракси, утверждала «Коррьере делла сера», «война, ведущаяся партийной властью против нации, которая снижает достоинства ее цивилизации и дезорганизует экономику, подходит к концу«10. Год спустя после начала операции „Чистыеруки“ та же газета писала, что все партии, вместе с ведущими деятелями в экономической сфере, вовлечены в скандал: „К ХДП и ИСП, партиям, давно обвиняемым в коррумпированности, вскоре присоединились СДП и ИРП“, самопровозглашенные поборники операции «Чистые руки». Кроме того, промышленные и финансовые круги, по-видимому, без угрызнений совести потворствовали тем самым политическим силам, которые они настолько громогласно клеймили публично«12. Пресса также сыграла основную роль в созидании третьего главного действующего лица этих социальных событий — „народа“». В сообщениях средств массовой информации данный термин относился к множеству простых, заурядных, честных граждан, которые были вначале удивлены, а потом возмущены, когда узнали о масштабах скандала. Газеты и телевизионные программы широко комментировали народный протест, уделяя достаточное внимание и небольшой группе людей, постоянно располагавшейся перед Дворцом правосудия в Милане, и общественным демонстрациям. Не оставались в стороне письма и факты, которые получала пресса. Средства массовой информации особо подчеркивали, что среди граждан не существует различий во мнениях: независимо от идеологических предпочтений их объединяло общее презрение к политическим деятелям и желание избавиться от них. Очевидно, что это схематическое резюме характерных черт, приписываемых прессой трем действующим лицам драмы, дает весьма упрощенное и однообразное представление об ориентации средств массовой информации. На самом деле ясно очерченное противопоставление коррумпированного политического класса и честного общества, которое представляет элементарную символическую структуру взаимоотношений, лежащую в основе большинства сюжетов прессы о деле Танджентополи, было сформулировано с помощью различных информационных стратегий в зависимости от политической ориентации разных по характеру газет и общественного слоя, к которому они обращены. Некоторые издания предпочитали играть на народном возмущении, другие были более сдержанными в выражениях. Например, анализ газетных заголовков (Gloria, 1995) показывает, что отдельные газеты, такие как „Индипенденте“, интерпретировали скандал в откровенно популистских выражениях, настаивая на криминальных аспектах поведения политических деятелей, на принятии прокурорами самых строгих мер и на выражении недоверия, заслуженного без каких-либо исключений, всему «Палаццо», - термин, используемый в Италии, чтобы обозначить изолированность политической элиты от остального населения страны. Другие, такие как «Репубблика», выражали свою критику политических деятелей в манере, больше характерной для институциональных измерений явления, стараясь осторожно провести различия между наиболее коррумпированными партиями и теми, кто менее глубоко вовлечен в скандал. Однако эти различия в акцентах сосуществовали в рамках общей интерпретации13, которая, если повторить, толковала коррупцию как по существу моральную проблему, не позволяющую властям соблюдать основные принципы, делегитимирующие как партии большинства, так и в меньшей степени партии меньшинства, т.е. всю политическую систему. По каким причинам пресса выбрала именно такой критерий интерпретации, а не какой-либо другой? Я полагаю, на это решение влияли различные факторы, причем иногда подсознательно. Первый из них связан с языком средств массовой информации. Как заметили Гамсон и Модильяни (1989 г.), одной из причин успешного применения того или иного критерия является легкость, с которой его можно символически уплотнить и выразить короткими эффективными фразами. Выражения Танджентополи» и «Чистые руки», соответственно давшие толкование сети политической коррупции в Милане (и вдобавок по стране в целом), а также правовое и моральное очищение, осуществленное правосудием, очень хорошо подошли для этой функции. Однако принятие указанных терминов, как всегда, имело заметные символические последствия. Оба ярлыка способствовали восприятию дела как столкновения между добром и злом, между моральной чистотой и моральным осквернением, а также оценке прокуроров как народных героев, которые после борьбы с терроризмом и мафией теперь сражаются против коррумпированной верхушки политических институтов. Такое определение ситуации было гораздо легче сформулировать в пределах ограниченного по времени телевизионного выпуска новостей или газетной статьи, чем вдаваться в сложные объяснения структурных причин политической коррупции. Кроме того, в своем крайне упрощенном варианте («герои» против «негодяев») оно точно следовало формальной структуре и тематическому содержанию народной версии, о которой так часто распространялись средства массовой информации, особенно телевидение. Другая причина, благоприятствующая описанию дела Танджентополи в моральных выражениях, заключалась в сильном социальном и культурном резонансе подобной интерпретации. Многочисленные исследования, от Альмонда и Вербы (1963 г.) до Карточчи (1994 г.), продемонстрировали, что итальянскую политическую культуру характеризуют глубокое недоверие к политическим деятелям и партиям, а также широкое недовольство действием политической и административной систем. Вместо подведения итальянцев к участию в коллективных действиях эти чувства в большинстве случаев привели их к отрицательному, а иногда циничному отношению к политике. В начале 90-х годов, однако, различные факторы, такие как растущее налоговое бремя, особенно в северных регионах страны, усиливающаяся озабоченность тяготами экономического кризиса и неспособность государства вести борьбу с организованной преступностью, создали более благоприятную атмосферу для политического проявления враждебности к традиционным партиям, что продемонстрировали успех Северной лиги и поражение коалиционного правительства на выборах в апреле 1992 г. В этой ситуации средства массовой информации, без сомнения, ясно поняли, что обличение аморальности, равно как и неспособности старой политической элиты, задело болезненную струну общественного мнения. И все же еще одну причину того, почему упомянутый выше критерий интерпретации был принят для дела Таиджентополи, разумеется, можно найти в выгодах, извлекаемых самой прессой. О процессе коммерциализации информационной системы, который имел место в период, предшествовавший скандалу, уже говорилось. Одним из его результатов явилась растущая автономия прессы и развитие более критической, независимой позиции среди журналистов. Как указывалось ранее, такая позиция легла в основу широкого освещения прессой дела Танджентополи. Однако мне хотелось бы предположить, что она также легла в основу принятия информационных рамок, в пределах которых дело Танджентополи интерпретировалось прежде всего как моральная проблема. В самом деле, разве могла пресса придумать что-нибудь лучше, стремясь просигнализировать о ее дистанцировании и независимости от вчерашних надзирателей, чем сделать акцент на их преступлениях и способствовать появлению новой политической элиты, незапятнанной коррупцией (особенно если она была в состоянии сделать это, не боясь репрессий, поскольку могущество старой политической элиты день за днем заметно таяло по мере раскрытия скандала)? Хотя трудно измерить влияние позиции, занятой службами новостей, она, несомненно, играла весьма важную роль в развитии дела Танджентополи. Во-первых, постоянная поддержка, оказываемая газетами и телевидением сотрудниками миланской прокуратуры, делала их фактически неуязвимыми для обвинений в пристрастии и предвзятости, обрушившихся на них со стороны причастных к скандалу политических деятелей, и в отличие от того, что часто случалось в прошлом, позволяла судебному расследованию протекать беспрепятственно. Во-вторых, принятие прессой единственного определения ситуации быстро успокоило общественность. Как только «дело Баджины» было трансформировано в «Танджентополи», его значение окончательно Определилось, и никакое другое толкование этих событий, кроме существенной делегитимации политической системы, не имело шансов на успех. Под этим я, естественно, не имею в виду, что коллективное представление дела Танджентополи было хладнокровно сфабриковано средствами массовой информации и навязано общественному мнению извне. Причинная связь между средствами массовой информации и общественным мнением никогда не бывает односторонней. ПроцесЬ скорее развивается по спирали, причем восприятие ситуации средствами массовой информации и народом подкрепляют друг друга. Как только в этом процессе утверждается и консолидируется определенный критерий, все другие (соперничающие с ним) критерии остаются без внимания и исключаются из общественной сферы (Noelle-Neumann, 1993). В данном случае последним шагом в социальном определении значения Танджентополи было телевизионное освещение судебного процесса по делу Кузани. Наклеивание ярлыков. В конце 1993 — начале 1994 г. миллионы итальянских телезрителей смотрели весьма необычное представление. В течение^ почти трех месяцев РАИ-3, один из государственных каналов, в удобное время транслировал процесс по делу Кузани14, первый и крупнейший процесс в сфере коррупции, явившийся результатом судебного расследования «Чистые руки». Зрители увидели некоторых из числа наиболее известных итальянских политических лидеров — бывших премьер-министров, бывших министров и лидеров всех правительственных партий, - сознающихся в незаконном получении огромных денежных сумм от основных государственных и частных фирм, которые были предназначены для финансирования их партий и их личных избирательных кампаний. Хотя политические деятели отрицали это, среди телевизионной аудитории возникло подозрение (и оно впоследствии подтвердилось), что в отдельных случаях значительная часть полученных средств оседала не в партийных кассах, а в карманах обвиняемых. Телевизионная передача пользовалась большим успехом у общественности. Несмотря на конкуренцию программ, демонстрируемых в удобное время по другим национальным телевизионным каналам, ее смотрели в некоторые вечера свыше четырех миллионов зрителей, и доля участия в ней достигала 16%, цифры, обычно характерной только для крупнейших спортивных событий или популярных мероприятий развлекательного жанра. Вынужденное выступление политического деятеля в уголовном суде в качестве ответчика, обвиняемого в должностных преступлениях, выглядит само по себе позорным явлением. Однако телевизионная трансляция увеличивала пятно на его репутации, превращая судебный процесс в обряд публичного развенчания (Gorfinkel, 1956)15. Это происходило преимущественно двояким образом. В первую очередь телевизионная трансляция процесса разрушала атмосферу уважения и почтительного отношения, окружающую высокопоставленных политических деятелей, атмосферу, которая возникает главным образом в результате самоконтроля над собственным публичным имиджем. Крупный план, даваемый телевизионной камерой, и сосредоточение внимания на деталях заставляли обвиняемых попадать во все коварные ловушки, которым доступен человек под испытующим взглядом на него. Беспокойное состояние, тревога или ярость, выдаваемые только нервным подергиванием пальцев, капельки пота, выступающие на лбу, появляющийся время от времени тик на лице, образование сгустков слюны в уголках рта были более заметны телезрителям, чем кому-либо из тех, кто присутствовал в зале судебного заседания. Для телевизионной аудитории эти признаки нервозности, возникавшие в наиболее трудные моменты допроса, становились более существенным показателем вины, нежели аргументация в зале судебного заседания. Во-вторых, на общее содержание аргументации влиял тот факт, что судебный процесс превратился в событие, освещаемое средствами массовой информации. Прокурор, адвокаты и обвиняемые хорошо понимали, что полемика происходит не только перед небольшой аудиторией в самом суде, но и перед миллионами телезрителей, перед всей страной. Эту аудиторию интересовали не юридические аспекты дела, которые к тому же непрофессионалам было трудно понять, а моральные проблемы, поднятые им. Для причастных к скандалу политических деятелей во время процесса на карту оказались поставленными не только и, возможно, не столько правовая ответственность, но доверие к ним, их достоинство, их личная и политическая репутация — одним словом, их «лицо»16. По этим причинам одним из главных моментов судебного процесса стало моральное определение (в отличие от строго правового) имеющихся фактов. Политические деятели энергично отстаивали точку зрения, согласно которой приведенные факты являлись незначительным делом в рутинной политической жизни, и в качестве таковых не причиняли ущерба их моральному авторитету как лидеров. Однако для обвинения данная проблема, бывшая в юридическом отношении таким же примером коррупции, какие наблюдались в прошлом, превратилась в символ глубокой аморальности всего политического порядка. С учетом социальных последствий скандала понятно, что последнее определение явно преобладало в общественном мнении. В конце процесса политические деятели, представшие перед судом (независимо от их правовой ответственности), были дискредитированы как моральные субъекты и таким образом лишены всякой возможности дальнейшего участия в политической жизни. Процесс по делу Кузани, следовательно, подвел итог и символически скрепил печатью Танджентополи. Он имел двойное назначение: моральную дискредитацию виновных и ритуальное очищение общества. С одной стороны, он дал подтверждение того, что правящая политическая элита прогнила насквозь и ей нельзя вернуть доброе имя. С другой — в нем нашел убедительное выражение принцип, согласно которому даже самые влиятельные политические деятели подчинены нормам закона и общество способно обнаружить, преследовать и изгнать зло из своих рядов.

 
 
 

На собственном дне рождения в ночь с субботы на воскресенье был смертельно ранен 35-летний директ...


На собственном дне рождения в ночь с субботы на воскресенье был смертельно ранен 35-летний директор ООО «Альянс» Евгений Шевелев. Преступник, стрелявший в Шевелева, подкараулил свою жертву у ресторана «Дружба», расположенного на улице Тореза в Заводском районе. Там же жестоко был избит экономист ОАО «ЗСМК» Дмитрий Димиткин. Как сообщили в милиции, погибший — бывший новокузнечанин, прописанный в Москве. Он приехал в Новокузнецк погостить и отметить с друзьями свой день рождения. В ресторане «Дружба» на торжество собрались 15 человек. Милиции пока известны имена семерых из них. В тот вечер в ресторане отдыхал экономист доменного цеха Запсиба 30-летний Дмитрий Димиткин. Он был с другом и двумя девушками. Около полуночи между Шевелевым и Димиткиным произошел конфликт, причины которого милиция еще выясняет. Шевелев — мастер спорта по боксу, Димиткин — кандидат в мастера спорта по дзюдо. После драки за углом ресторана «скорая» забрала Димиткина с ушибом головного мозга и переломом теменной кости. Дмитрий Димиткин в реанимации, вчера сыщики выясняли, не пришел ли он в сознание, надеясь задать ему несколько вопросов. Около двух часов ночи друзья под руки повели сильно пьяного Шевелева из ресторана к машине. В это время навстречу им из темноты вышел мужчина и выстрелил в грудь Шевелева. Тяжело раненного именинника привезли в больницу, но врачи не смогли спасти его. По показаниям очевидцев был составлен фоторобот убийцы. На вид ему около 30 лет, но, по словам милиционеров, особых примет у этого человека нет. На месте преступления найдена гильза от пистолета Макарова. На причастность к этому преступлению сыщики проверяют друзей Дмитрия Димиткина. Но, по словам работников милиции, это интеллигентные люди, с высшим образованием и хорошими характеристиками. Милиция склоняется к мнению, что между избиением Димиткина и смертельным ранением Шевелева, возможно, нет связи.


 
Теги: сначала
 
 

аывфафыв афыв


аывфафываыва

 

У детдомовцев — новые шефы.


Недавно у ребятишек младшей группы Старокорсунского детского дома появились свои личные шефы. Роль добрых друзей маленьких детдомовцев взяли на себя братья Владимир и Виталий Хаблиевы — президент международной торговой компании «Резерв» и директор краснодарского представительства. На сей раз они привезли детям всякие вкусности — конфеты, шоколад, йогурты. Знакомство шефов с ребятами началось чуть больше года назад, как и над сайтом ВЗФЭИ здесь. Тогда на выделенные компанией благотворительные 5 тысяч долларов была закуплена теле- и видеотехника. Телевизоры, магнитофоны и даже видеокамеры были подарены детям Старокорсунского детского дома, а также другим детдомам края. «В этом году, - говорит В. Хаблиев, - мы решили поддержать детские учреждения продуктами питания и сладостями. Кроме старокорсунцев их получили питомцы детского отделения городской психоневрологической больницы и краевого детского диагностического центра». Идея взять постоянное шефство над одной группой принадлежит педагогам Старокорсунского детского дома. Шефы ее с удовольствием поддержали. И кроме подарков, которые сами планировали преподнести, сделали непредвиденный — купили антенну для телевизора. Теперь ребята могут смотреть мультики по всем каналам.
 

Субкультура штука довольно интересная


Субкультура штука довольно интересная для некоторых людей Я себя не могу отнести к какой-либо субкультуре,

 
Теги: штука
 
 

но до маразма


но до маразма типа жертвоприношений не дохожу и мне эта субкультура не приносит вреда, только пользу.

 
Теги: маразм
 
 

просто внешне


т.к. просто ну внешне не соответствую и у меня нет подходящей компании Вообще мне нравятся субкультура готов

 
Теги: просто
 
 

И вообще не понимаю


И вообще не понимаю как субкультура сама по себе может нанести вред… люди могут, но субкультура нет.

 
Теги: понимаю
 
 

Форум право или права — как правильно?


Не могу понять, как надо правильно говорить — если речь про рефераты по арбитражному процессу и курсовые по авторскому праву форум право или форум права?
Надо подумать….
Или спросить об этом у умных людей?
Эй, люди!
Юристы!
Помогите определиться?
Ну хоть бы кто-нибудь по праву отозвался специалист, молчание какое-то…
1 |2 |3